«Я сейчас сексом поеду заниматься или меня там ограбят и убьют?» Как ЛГБТ-людей избивают на «подставных свиданиях»
Почему полиция часто закрывает глаза на насилие против ЛГБТ-людей
За последние пять лет российские суды вынесли 52 приговора по делам о «подставных свиданиях» — практике, когда злоумышленники заманивают ЛГБТК-людей на встречу под видом дейтинга, а вместо этого избивают, грабят или шантажируют аутингом.
Мотивы таких нападений могут быть разными: одни преследуют исключительно экономическую выгоду, другие действуют из религиозных соображений, третьи подражают деятельности неонациста Максима Марцинкевича, устраивая «охоту на педофилов». Жертвы часто боятся обращаться в полицию, где пострадавшим нередко отказывают в возбуждении дела, закрывая глаза на преступление.
«Вёрстка» поговорила с пострадавшими и с теми, кто был осужден за преступления, чтобы разобраться в их мотивах. О том, как устроены «подставные свидания» в 2026 году, почему силовики сами участвуют в вымогательствах и как обезопасить себя от подобного — читайте в материале «Вёрстки».
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
Владу 21. Он живёт в Санкт-Петербурге, работает бухгалтером в небольшой фирме и увлекается изучением языков.
Вечером 4‑го июля 2025 года Влад ищет парня для секса на одну ночь — завтра выходной и не нужно рано вставать на работу. «Приглашу, с местом. Уни-пас, 21 год», — пишет он в тематическом канале для знакомств в Telegram.
У него завязывается общение с мужчиной, но встреча срывается. Влад находит другого партнера. «Ко мне должен был приехать какой-то рандомный парень потрахаться, но не приехал. Жду другого — если этот не приедет, я уйду в мужской монастырь», — шутит парень в переписке с подругой.
В два часа ночи Влад несколько раз звонит матери, которая живет за городом. Та видит пропущенные звонки не сразу и собирается перезвонить утром. Также Влад звонит подругам и коллегам с работы — у двоих из них он просит 15 тысяч рублей в долг. Те отказывают, считая эту просьбу странной.
Примерно полчаса спустя Влад выпадает из окна квартиры на седьмом этаже, которую арендовал. От полученных травм он умирает в больнице — врачи диагностируют смерть в четыре утра. Перед смертью он говорит врачам: «Я его видел».
Друзья и мама уверены, что смерть Влада — не случайность. Они считают, что его убили на «подставном свидании» — практике, жертвой которой становятся десятки представителей ЛГБТК+ сообщества в современной России.
«Подставные свидания»: 52 приговора за пять лет
«Повалили потерпевшего на землю, связали ремнем ему ноги и спустили с него штаны, ограничив движение. После подсудимый схватил его за волосы и стал наносить многократные удары кулаками по лицу. Затем решили записать видео, где потерпевший должен был сказать, что он больше не гей».
«Посчитал, что было бы неплохо проучить пострадавшего, чтобы у него больше не было желания приезжать на территорию Карачаево-Черкесской республики. Свои поступки он может объяснить только неприятным и аморальным поведением потерпевшего».
«Стали предъявлять претензии к потерпевшему, так как у них на государственном уровне не приветствуется данное направление сексуальных меньшинств и даже их Президент неоднократно говорил, что в РФ никогда не будет движения ЛГБТК+ и нужно защищать ценности семьи».
Цитаты выше — из судебных приговоров по преступлениям на «подставных свиданиях», которые изучила «Вёрстка». С 1 января 2021 по 1 января 2026 года российские суды опубликовали 52 приговора по делам, связанным с этой практикойi. Большая часть таких приговоров приходится на 2021 и 2023 год— 13 и 12 приговоров соответственно.
В докладе ЛГБТК+ группы «Выход» и фонда «Сфера» за 2024 год описывается самая распространенная схема «подставных свиданий»: «через приложение для знакомств человек приглашает жертву на свидание, в ходе встречи приходят преступники, иногда представляясь полицией или журналистами, и вымогают у жертвы деньги, шантажируя распространением видеозаписи, физическим насилием, либо вызовом полиции».
В приговорах, проанализированных «Вёрсткой», злоумышленники знакомились с жертвами в приложении Horneti или боте для знакомств «Дайвинчик»i. Уголовные дела возбуждались преимущественно по статьям 161 «Грабеж», 162 «Разбой» и 163 «Вымогательство». Также в списке дел о «подставных свиданиях», изученных «Вёрсткой», есть дела по статьям о похищении человека, умышленном причинении вреда здоровью и хулиганстве.
По данным ЛГБТК+ группы «Выход» и фонда «Сфера», количество респондентов, столкнувшихся с этим видом преступлений в 2022—2024 годах составляет 3–5%. i Среди пользователей Hornet этот процент выше: в 2023—2024 году он составил около 8%. При этом после введения гомофобных законовi) пострадавшие реже обращаются в полицию — а у тех, кто обращается, реже принимают заявления.
В докладе ЛГБТК+ групппы «Выход» отмечается, что в 2025 году произошла «трансформация практики подставных свиданий»: «В тех случаях, когда целью злоумышленников является именно вымогательство, схемы в значительной степени „переехали“ в онлайн-среду».
Это связывают с «расширением набора угроз, используемых для давления на потерпевших» и «с отсутствием реакции со стороны правоохранительных органов на подобные преступления, совершаемые в цифровом пространстве».
При этом офлайн-свидания не исчезли. По данным проекта NVMP, занимающегося мониторингом ультраправого насилия в России, с января 2023 года по февраль 2026 года в интернете появилось не менее 63 видеороликов, снятых на офлайн-«подставных свиданиях». Пик пришелся на декабрь 2025 года — тогда аналитики проекта зафиксировали 10 видеозаписей с насилием на «подставных свиданиях».
Преступников, совершивших преступления не в интернете, продолжают преследовать по закону: в 2025 году было вынесено не менее 8 приговоров по уголовным делам, возбужденных против организаторов таких свиданий, еще один приговор был вынесен в январе 2026.
«Я не желаю смерти убийце сына»
Ольга, мать Влада, погибшего при странных обстоятельствах, уверена: её сына убили. Она приводит множество аргументов в пользу этой версии: соседка сверху слышала ночью звуки борьбы и крики, в комнате была сломана сушилка для одежды, дверь в квартиру открыта. Ольга предполагает, что человек, который пришел на свидание к ее сыну, требовал от него денег.
По словам Ольги, врачи и сотрудники морга подозревали криминальный характер смерти. Она говорит, что не хотела забирать вещи сына из больницы, но одна из медсестер посоветовала: «Вы не отказывайтесь от пакета, ведь смерть-то у вас криминальная. Вам он понадобится — экспертизу делать».
Следователь Сабирова сначала сообщила Ольге, что отказывается возбуждать дело. «Она сказала — скорее всего, ваш сын был либо под наркотиками, либо под алкоголем. И у нас очень много любителей паркура, скорее всего, вашему сыну не хватало экстрима. Он занимался этим, и неудачно упал», — рассказывает мать Влада.
После проведения экспертизы, результаты которой Ольге не сообщили, Сабирова признала, что всё же подозревает убийство. «Дело принципа найти этого мужчину», — написала она Ольге в личных сообщениях.
Однако уголовное дело Сабирова все равно заводить отказалась — по словам Ольги, следователь объяснила, что «не заведет уголовное дело, пока убийца не будет найден и пока он не признается в преступлении».
По словам матери, следователь действовала медленно и непрофессионально. Например, не запросила записи с камер соседнего дома, на которых был виден балкон квартиры Влада:
— Я говорю: вы не получите записи, потому что они хранятся 10 дней, а уже больше месяца прошло. На что она сказала: «Что ж, значит, я их просрала». Я это никогда не забуду.
Недовольная ходом расследования, Ольга писала жалобы на сайт президента и главе Следственного комитета. Тем не менее, за восемь месяцев, прошедших со смерти Влада, уголовное дело так и не было возбуждено.
— Я не желаю смерти убийце сына. Я хочу, чтобы его нашли, чтобы был приговор. Хочу, чтобы он сидел и мучился, — говорит Ольга.
«Мотив ограбления был на переднем плане»: преступления с целью наживы
«Подставное свидание — это когда под видом свидания заманивают на встречу, где тебя [ждут] несколько крепких гомофобных ребят, которые тебя бьют, грабят и что-то еще нехорошее с тобой делают», — объясняет 36-летний Лео из Москвы в интервью «Вёрстке».
Он рассказывает историю, которая случилась с ним, когда ему было 23: «Я познакомился на сайте знакомств с парнем, который предложил мне увидеться, погулять. Мы с ним встретились на станции метро „Волжская“ в Москве и пошли гулять в парк. В парке ждали его друзья — их было четверо».
«Сначала меня избили, потом ограбили. Потом начали шантажировать, что выдадут всю информацию обо мне моим родным, знакомым и пытались вымогать деньги с карточки. Я был бедным студентом, брать у меня было особенно нечего, — вспоминает Лео. — Потом у одного в руках появился нож. Улучив момент, я побежал максимально быстро в сторону метро. Худо-бедно добрался до дома, а потом меня начал колотить какой-то кататонический ужас».
Лео связывает популярность «подставных свиданий» с деятельностью последователей Максима Марцинкевичаi. «Тесак прикрывался благовидной ширмой „борьбы с педофилами“, хотя на самом деле это не так. Более предприимчивые ребята использовали этот формат исключительно для личного обогащения», — говорит он в интервью.
Люди, которые избили и ограбили его, в первую очередь хотели заработать денег, считает Лео: «Мотив ограбления был на переднем плане и значительно важнее идейной составляющей».
После произошедшего Лео не стал обращаться в полицию, хотя его друзья настаивали на этом. «Мысли о том, что мне надо будет еще раз пережить этот день я просто не мог вынести, — объясняет он. — После этой истории я года два вообще ни с кем не встречался».
В приговорах, опубликованных на сайтах российских судов, некоторые подсудимые прямо говорят, что пошли на преступление в первую очередь из экономических соображений.
В январе 2026 года Химкинский районный суд приговорил Руслана Кязимова к двум годам лишения свободы в колонии общего режима за грабеж и вымогательство. В суде Кязимов рассказывал, что официально нигде не трудоустроен и торгует женской одеждой на маркетплейсе. Кязимов объяснял суду, что у него «имеются вредные привычки: игры в казино, спортивные ставки, где он регулярно проигрывает все заработанные денежные средства».
Чтобы рассчитаться по долгам, Руслан Кязимов вместе с подельником придумал «находить знакомства с мужчинами нетрадиционной ориентации» — идею он нашел в комментариях в телеграме. Кязимов утверждал, что они старались «выбирать тех, у которых нет гражданства или регистрации по месту пребывания». С такими людьми общались в соцсетях, а затем приглашали «в удобное место», где требовали деньги «за неразглашение данных о личной жизни». «Расчет был на то, что мужчины нетрадиционной ориентации не будут обращаться в полицию с заявлением», — объяснял суду Казимов.
Планируя преступление, Кязимов завел аккаунт в приложении Hornet и познакомился там с молодым мужчиной, которого позвал на свидание. Кязимов и его подельник встретили пострадавшего в подъезде. Они обыскали его и не нашли ничего ценного. Тогда преступники потребовали найти 35 тысяч рублей любым способом.
«Поскольку у пострадавшего не было такой суммы, преступники сказали скачать ему приложение для оформления микрозайма», — сообщается в материалах на сайте суда. Сумма микрозайма показалась преступникам недостаточной — и они заставили пострадавшего звонить знакомым и просить еще денег в долг. Только после того, как удалось собрать всю сумму, Кязимов с подельником отпустили пострадавшего.
В суде Кязимов частично признал вину и заявил, что раскаивается в содеянном.
«Намотают кишки на руку, а печенку пожарят»: преступники на «аллее героев»
Алексей Девляшов родился в городе Жирновске Волгоградской области. Он рос в бедной и неблагополучной семье: по словам его подруги детства Екатерины, родители «плохой образ жизни вели и сильно выпивали». При этом Екатерина вспоминает об Алексее, как о добром и благородным человеке.
Екатерина рассказала, что Алексея неоднократно судили — за кражу, причинение вреда средней тяжести, совершенное из хулиганских побуждений и грабеж с применением насилия. В октябре 2020 года Девляшов вышел на свободу — а через месяц совершил новое преступление.
Знакомый сказал Девляшову, что один из жителей города Жирновска — гей. Вместе с подельником Алексей потребовал от этого человека деньги. Позже тот расскажет в суде, что Девляшов выбил из-под него табуретку и пригрозил, «что в этом городе ему больше не жить, его „прославят“, „намотают его кишки на руку, а печенку пожарят“».
Так Девляшов с подельником получили 22 тысячи рублей, которые поделили пополам — а когда потратили деньги, потребовали еще 10 тысяч рублей. Тогда пострадавший обратился в полицию — и вымогателей задержали. Суд приговорил Девляшова к двум с половиной годам колонии строгого режима по статье 163 УК РФ. С учетом времени, проведенного в СИЗО, он должен был освободиться в июне 2023 года.
После начала полномасштабной войны с Украиной Девляшов завербовался в ЧВК «Вагнер» и ушел на фронт. В начале января 2023 года погиб в бою за Бахмут. «Узнали, что он туда ушел, только после смерти его. Больше полугода он был в этой мясорубке», — рассказывает Екатерина.
Девляшова похоронили на «аллее героев» нового кладбища в Жерновске. Екатерина предполагает, что Алексей ушел на войну, потому что надеялся на искупление: «Он всегда относился к своей жизни легкомысленно, всегда был на грани жизни и смерти. Несколько раз хотел покончить с собой — но не удавалось. Он был раненый своими родителями — не чувствовал себя нужным».
«Все плохие — и мы, и они»: охота на «педофилов»
Максим Марцинкевич, один из первых популяризировавший формат «подставных свиданий» в России, объяснял это «охотой на педофилов». Со смерти Марцинкевича прошло больше пяти лет, но формат, выведенный им в массы живет — и в России продолжают устраивать «подставные свидания», на которых «ловят педофилов». При этом пострадавшие нередко уверены, что общаются с совершеннолетними молодыми людьми.
Николай i стал жертвой такого свидания, когда ему было 18 лет. В 2016 году он жил в городе на юге России и познакомился в интернете с парнем, который представлялся совершеннолетним. Когда Николай пришел на свидание, его завели во двор к компании агрессивных парней. Те обвинили его в «педофилии», поскольку юноше, с которым хотел встретиться Николай, еще не было 18.
«Начали кидать предъявы и снимать на видос, говорить, что сейчас вызовут ментов. Говорили — мы заявим, что ты педофил. А я сижу и понимаю, что мне самому исполнилось 18 три месяца назад. И у них не было ничего, кроме сообщений. Даже если бы они вызвали ментов, скорее всего, мне ничего бы не было», — вспоминает Николай в интервью «Вёрстке».
Нападавшие избили Николая и облили зеленкой. Процесс избиения записали на видео — позже оно появилось в социальных сетях. Николай рассказывает, что всю ночь пытался оттереть зеленку с рук и волос. Он не стал обращаться в полицию, поскольку не получил серьезных увечий. На вопрос, почему, он отвечает: «А чего еще ждать от вчерашнего ребенка в 18 лет?»
В 2020 двадцатилетний Филиппi— житель небольшого подмосковного города — также принял участие в «поимке педофила на живца». Идея пришла в голову его другу Мирону: тот вспомнил, что «некоторые ребята через сайт знакомств „Хорнет“ знакомятся с лицами мужского пола с нетрадиционной сексуальной ориентацией, а когда приезжают на встречу, то снимая на видеокамеру, сообщают, что им 16 лет, и вымогают денежные средства». Идею поддержали другие участники разговора — всем им было больше 18 лет.
Вместе с тремя подельниками Филипп ограбил троих человек. Они избивали геев пришедших на «подставное свидание», угрожая кастетом и пневматическим пистолетом. После избиения у них забирали телефоны и наличные деньги.
Позже Станислав — один из пострадавших — рассказал в суде, что познакомился с Мироном, поскольку был уверен, что тот совершеннолетний — в анкете был указан возраст 22 года (на самом деле Мирону на тот момент уже исполнилось 26 лет). Когда Станислав приехал на встречу его отвели в заброшенный детский садик. Там Мирон сказал, что «они его вычислили по социальным сетям и хотят наказать, за то, что он ранее переписывался с его несовершеннолетним братом и пытался того совратить, присылал тому свои фотографии интимного характера».
Станислава избивали, пытаясь заставить разблокировать телефон. Один из нападавших выстрелил ему в ногу из пневматического пистолета. Обыскав жертву, преступники забрали восемь тысяч рублей. Улучив момент, когда нападавшие отвлеклись, Станислав забрался на подоконник и выпрыгнул из окна второго этажа.
Упав, он «почувствовал резкую боль в области левого плеча и ступни левой ноги, от чего громко закричал». Нападавшие спустились к Станиславу и стали требовать, чтобы он замолчал и не симулировал. После они ушли, забрав деньги и один из телефонов жертвы.
Лежа на бетонной площадке, Станислав позвонил в 112 и вызвал «Скорую». В больнице ему диагностировали вывих левого плечевого сустава. Позже он узнал, что у него компрессионный перелом второго позвонка и сломаны пяточные кости на обеих ногах. Тогда Станислав написал заявление в полицию.
Четырех нападавших судили по статье о разбое. Мирон получил пять с половиной лет колонии общего режима, Филипп — пять лет.
Сейчас Филипп вышел из тюрьмы и живет за пределами России. В разговоре с «Вёрсткой» он говорит, что сожалеет о том, что сделал: «Это прожитый эпизод. Я совершил большую глупость, за которую поплатился и потерял несколько лет молодости. А также учебу, родных людей, и в принципе всю жизнь, прожитую в России».
Он признает, что был неправ, когда отбирал деньги у пострадавших: «Тут много моей вины. То, что я украл у них, это неправильно». Однако Филипп считает, что мужчины, пострадавшие от его действий, также виновны и заслуживают наказания:
— На тот момент один из нас представлялся несовершеннолетним мальчиком. Видимо, полиции нужно чтобы кто-то изнасиловал сначала ребенка, вместо того чтобы пресечь это в зародыше. В этой истории нет хороших персонажей. Все плохие — и мы, и они.
«Я даже врагу не пожелаю этого»: подставные свидания и насилие на религиозной почве
В декабре 2025 года Димаi познакомился с парнем в телеграм-боте знакомств — и предложил погулять по Грозному, столице Чечни. На тот момент Диме было 16 лет, и он временно жил у родственников, к которым переехал из Москвы. Свидание Диме не понравилось — ему показалось, что парень вел себя подозрительно.
Дима говорит, что в ночь на 26 декабря за ним приехали трое мужчин: «Был очень громкий стук. Я открываю дверь, калитку, а там мужики бородатые. Они говорят — ну здравствуй, мы пришли забирать тебя».
По словам Димы, мужчины показали удостоверения, представились сотрудниками правоохранительных органов и насильно посадили подростка в машину. На его крик собрались родственники и соседи. «Они меня увозят, а родственники просто ревут», — вспоминает Дима в интервью «Вёрстке».
Дима рассказывает, что в машине его избили. Мужчины смеялись и говорили между собой по-чеченски, иногда переходя на русский. «Я спрашиваю: пожалуйста, скажите, из-за чего меня увозят? Что я сделал? Они говорят: хуи ты любишь, поэтому увозят. Им звонят мои родственники, спрашивают, какое у них право ребенка увозить в час ночи. Те говорят одно слово: „экстремизм“ — и кладут трубку».
По словам Димы, в полицейском участке потребовали объяснить, что он делал на свидании с парнем. Тот честно сказал, что они «просто гуляли»: «Мы не целовались — просто сидели, разговаривали, и все». Силовиков ответ не устроил. Дима утверждает, что один из них направил автомат в его сторону и выстрелил «мимо меня куда-то». «У меня чуть сердце просто не разорвалось», — вспоминает он.
В участке Дима провел пять дней. Он рассказывает, что на допросах ему показывали переписку с парнем и пытались добиться признания, что он вступал с ним в сексуальную связь.
31 декабря 2025 года родственники смогли добиться освобождения Димы — по его словам, для этого пришлось заплатить взятку в 500 тысяч рублей начальнику отделения. Сейчас Дима находится за пределами Чечни — но до сих пор тяжело переживает случившееся:
— Все, что делают эти люди — просто ужасно. Я их даже людьми не назову. Я даже врагу не пожелаю этого — там ужасные вещи творятся.
По данным ЛГБТК+ группы «Выход» и фонда «Сфера» на Кавказе — наибольшая доля ЛГБТК+ людей, столкнувшихся с подставными свиданиями — 11–13% респондентов за несколько лет наблюдений. Правозащитники отмечают, что «на Северном Кавказе „подставные свидания“ организуют сотрудники полиции, чтобы вымогать деньги, заставлять выдавать контакты и искать таким образом других ЛГБТ+ людей».
При этом не все религиозно мотивированное насилие концентрируется на Кавказе. Такие «свидания» случаются по всей России, и многие из них связаны с гражданами стран Центральной Азии. В приговорах встречаются такие формулировки:
«Целью встречи было объяснить пострадавшему что он ведет неправильный образ жизни, поскольку является мусульманином, однако имеет нетрадиционную сексуальную ориентацию». «Он решил договориться с этим мужчиной о встрече и провести с ним беседу, чтобы тот не позорил своими действиями мусульманскую религию».
Один из таких случаев произошел в августе 2024 года: гражданин Узбекистана, живущий в Москве, познакомился с человеком по имени Тимур в тематическом телеграм-чате и предложил заняться сексом. Когда он приехал по адресу, его встречал не только Тимур, но и Шохсултанбек Рахимбеков.
Шохсултанбек избил мужчину и, угрожая ножом, начал брить ему голову и бороду. Параллельно он оскорблял его и спрашивал «почему он опускает голову и занимается „такими делами“». Потом Рахимбеков нанес жертве колотую рану плеча и потребовал деньги, угрожая ему некими «старшими». «Тимур сказал, что „есть люди, которые охотятся за вами“ и Тимур должен „сдать план“ — задерживать по 20 человек в месяц».
Получив доступ к телефону, Рахимбеков сказал пострадавшему, «чтобы тот встал с пола и прошел в общий санузел». Там Рахимбеков приказал «снять трусы, повернуться задом, наклонился и держаться за край ванны». Рахимбеков выполнил все требования, после чего Тимур «распылил ему на анальное отверстие перцовый аэрозольный баллончик». Пострадавший вспоминает, что «почувствовал сильную боль, его анальное отверстие начало гореть».
Несмотря на угрозы злоумышленников, пострадавший обратился в полицию и написал заявление. Там же выяснилось, что это не первое преступление Шохсултанбека и Тимура — за одиннадцать дней до этого те заманили на «подставное свидание» еще одного гражданина Узбекистана. Тот также дал показания против Рахимбекова.
В июле 2025 года суд приговорил Рахимбекова к девяти годам тюремного заключения. Его сообщник Тимур не был задержан на момент вынесения приговора — дело против него было вынесено в отдельное производство.
«Ты думаешь ты один такой?»: обращения в полицию
«Недавно была ситуация: моего знакомого слили. Тот отказался платить, и его интимные фото и видео разослали друзьям. Чувак пошел писать заявление, а ему в ментовке сказали — ты думаешь, ты один такой? Вас таких за день по 10 штук приходит», — рассказывает Николай, пострадавший от подставного свидания в 2016 году.
Администратор одного из чатов для гей-знакомств рассказал «Вёрстке», что с «подставными свиданиями» сложно бороться: «Мне писали с жалобами два-три раза, выдал баны. А толку с этих банов — цена аккаунта телеграм 2 бакса». При этом он отмечает, что случаи шантажа и аутинга более распространены: «Шантажа навалом. Каждый день по несколько жалоб».
Администратор чата для гей-знакомств предполагает, что пострадавшие от нападений редко обращаются в полицию: «Думаю, около 20% обращаются. А по скаму — пару процентов, наверное».
Согласно данным ЛГБТК+ группы «Выход» и фонда «Сфера», с начала полномасштабной войны России с Украиной «ЛГБТК+ люди всё реже и реже обращаются в полицию». Так, среди пострадавших от гомофобных преступлений только 20% обращались в правоохранительные органы в 2022 году — а в 2024 их число снизилось до 12%.
По данным правозащитников, полиция не принимает значительную часть заявлений от пострадавших. В 2022 году полицейские дали ход только 59% заявлений, в 2024 количество принятых заявлений снизилось до 47%. Они также фиксируют, что многие пострадавшие сталкивались давлением со стороны правоохранителей. «Перед моими глазами разорвали заявление и сказали: „Нам некогда с пидорами возиться, сам виноват“» — рассказал один из пострадавших, чьи слова приводятся в докладе.
«Сейчас люди, сталкивающиеся с подобными преступлениями, оказываются значительно более беззащитны, чем 10 лет назад», — считает Лео, пострадавший на подставном свидании. Он уверен, что это в том числе связано с тем, что «российское государство» посылает преступникам «отчетливый месседж, давая индульгенцию на подобного рода насилие». «Часто люди, которые обращаются за помощью в полицию, слышат — жаль, что тебя не убили, давай топай отсюда», — подытоживает он.
По словам Лео, это приводит к тому, что нападающие «чувствуют свою безнаказанность»: «Им как будто негласно дали добро делать с квирами все, что они хотят. И никто не будет этим заниматься, потому что у правоохранительных органов совершенно другие задачи. Им нужно ловить людей за воображаемые преступления».
Тем не менее, некоторые полицейские продолжают относиться к ЛГБТК+ людям нейтрально. «Отношение довольно терпимое. Ты не говоришь — мы не спрашиваем. Геи, лесбухи и бисексуалы все-таки не слишком от основной массы людей отличаются», — говорит участковый, с которым поговорила «Вёрстка». Он уверяет, что с радостью примет заявление от пострадавшего на «подставном свидании»: «Меня не волнует личная жизнь человека, если он детей и собак не ебет. Спокойно приму и отработаю. Это ж халявная палка, доказывать ничего особо не нужно!»
«Какая моя выгода в этом?»: преступления, совершенные полицейскими
Анализ уголовных дел по преступлениям с гомофобными мотивами показывает, что иногда сотрудники правоохранительных органов совершают их сами.
В 2024 году капитан полиции Аслангери Масаев — оперуполномоченный отдела уголовного розыска Управления МВД России по городу Нальчик — получил заявление о причинении тяжких телесных повреждений. Масаев узнал, что человек, подающий заявление — гей, и решил использовать это в своих целях.
Масаев рассказал пострадавшему, что «в отношении него проводятся оперативные мероприятия в связи сведениями о его причастности к деятельности запрещенного на территории Российской Федерации экстремистского движения „международное общественное движение ЛГБТ“». Полицейский потребовал от пострадавшего деньги в качестве «штрафа» — и угрожал поместить его в изолятор.
В результате потерпевший передал полицейскому 515 тысяч рублей. Когда он понял, что его обманули, он написал заявление в полицию.
Суд приговорил Масаева к полутора годам лишения свободы по статье о мошенничестве лишил его права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах на 2 года.
В 2021 году Виталий Кондратьев — оперуполномоченный группы по контролю за оборотом наркотиков ОМВД России по Томскому району — зарегистрировался в Hornet и познакомился с мужчиной по имени Илья. Обменявшись с ним интимными фотографиями, Кондратьев сделал скриншоты и стал угрожать разослать их друзьям и коллегам Ильи. За молчание Кондратьев потребовал 30 тысяч рублей.
В 2023 году суд признал Кондратьева виновным в совершении вымогательства и назначил ему наказание в полтора года ограничения свободы. Его обязали не покидать Томск, не менять место жительства без согласования, а также обязали раз в месяц отмечаться в надзорном органе. В апелляции срок наказания сократили на месяц.
На запрос журналиста «Вёрстки» Виталий Кондратьев спросил: «Какая моя выгода в этом? Как хотите пишите — не столь важно». От дальнейших комментариев Кондратьев отказался.
«Нет ни желания, ни любви, ни сил»: дейтинг и протоколы безопасности
«Раньше насилие в отношении геев тоже было, но не в таком объеме. Сейчас оно набирает обороты», — считает Николай, пострадавший от «подставного свидания».
Он рассказывает, что его знакомые стали внимательнее подходить к выбору партнеров для дейтинга. «Мой друг, как только начинает общаться, старается найти полную информацию о собеседнике, чтобы понять, что это реально существующий человек, что это не левая фотография, что у него на странице нет призывов к насилии», — объясняет Николай.
«У меня очень узкий круг общения сейчас. Я почти не знакомлюсь — нет ни желания, ни любви, ни сил», — рассказывает Николай. Большая закрытость воспринимается как инструмент безопасности. «В новых знакомствах я долго стараюсь не говорить о том, где и кем я работаю», — делится он.
Лео, также столкнувшийся с подставным свиданием, подтверждает, что после ужесточения гомофобных законов квир-сообщество стало намного более закрытым: общение переходит в закрытые чаты, попасть куда можно лишь по поручительству известных членов сообщества.
— Кто-то предлагает кандидатуру, говорит: «Хочу позвать Васю, могу за него поручиться. Вот вам его фотографии, короткий рассказ о нем, никнейм. Есть ли возражающие?» Если возражающих не находится, Васю приводят, и ответственность за него несет человек, который его привел. И я, например, могу сказать: «Не хочу видеть Васю, я с ним знаком, Вася долбоеб и зетник». И тогда Васю не зовут. Эта машина работает на механике общей ответственности за друг друга.
При этом Лео соблюдает базовые протоколы безопасности. «Каждый раз, когда я еду на встречу с незнакомым человеком, минимум двое людей из моего круга общения знают, куда я поехал и к кому», — рассказывает он.
Несмотря на все протоколы безопасности и поддержку комьюнити Лео отмечает, что жизнь квир-людей в современной России полна опасностей:
— Каждый раз процесс дейтинга через известные телеграм-чаты превращается в расследование: я сейчас сексом поеду заниматься, или меня там встретит товарищ майор, или меня там ограбят и убьют?
Инфографика: Эль
Обложка: Лара Мэйле для «Вёрстки».
